Сосновые леса. Что имеем – не храним, потерявши – плачем

579

Сосновые леса в нашем районе всегда играли ведущую роль в формировании местного ландшафта. Непрерывные лесные массивы, которыми была богата Харьковская губерния в XVII веке, задерживали влагу и сохраняли хрупкую паутину ручьев, соединяющих между собой многочисленные озера, болотца и речушки.

Благодаря высокой влажности, которую поддерживали леса, земля приносила первым земледельцам неплохие урожаи. Именно поэтому на герб Харьковского наместничества, образовавшегося в 1780 году, был нанесен рог изобилия, герб Изюмского уезда содержал три виноградные лозы, Валковского – три сливы, Богодуховского — ​черносливное дерево с плодами.

Слободская Украинская губерния, куда входили наши земли,была учреждена в 1765 году и состояла из пяти провинций. Провинции делились на комиссарства, в каждом из которых был свой комиссар. В 1766 году всем комиссарам была вручена инструкция, которая указывала на необходимость ежегодной посадки леса местным обществом. Без разрешения комиссара вырубка леса простому люду строго запрещалась, под вырубку разрешалось использовать только засохшие деревья,а лесонасаждениям вёлся строгий учёт. Тех, кто был замечен в нанесении ущерба лесному хозяйству, комиссары должны были штрафовать «за первый раз полтину, за второй рубль, а за третий, как ослушника, сечь батогом, чтобы другим тоже делать было неповадно». Ко всему прочему, если кто-то самостоятельно, по собственному желанию вырастит лес на голом участке, он автоматически становился владельцем этого леса.

В конце XVIII века роскошные сосновые леса Харьковской губернии, в которую входили и земли современного Лиманского района, высокими темпами стали повсеместно истребляться из-за развития огромного количества винокуренных беспошлинных заводов.

Уничтожались, конечно, не только сосны, но и другие деревья, и не только на нужды винокурен. Вот, например, любопытное повествование о прототипе современного салюта из «Памятной книжки Харьковской губернии на 1868 год»:
«Рубились вековые дубы и для других целей. Так старожилы рассказывают, что иной помещик-именинник, не имея пушек и самопалов, для того, чтобы сделать тосты по возможности громкими, приказывал подпиливать самые толстые дубы, и эти дубы с оглушительным треском и громом падали по данному знаку. На больших празднествах стреляли таким образом из многих дубов, которые для этого росли целые века».

Один из первых, кто начал возрождать леса по берегам Придонцовья с целью размножения дичи, был помещик Змиёвского уезда Иван Яковлевич Данилевский, получивший звание прапорщика гвардии «ещё с колыбели» и почти никогда не покидавший своего родового поместья в Пришибе. Он был сыном Анны Петровны Плотниковой — фрейлины Екатерины Великой — и дедом известного русского писателя Григория Петровича Данилевского. Помещик очень страстно был увлечён охотой и балами, которые устраивал у себя в поместье, зазывая на веселье всех подряд, проезжающих мимо его селения. В итоге он решил возродить лес, наполовину истреблённый когда-то его отцом Яковом Евстафьевичем. По его поручению в 1804 году были посажены первые сосны над Донцом руками Антипа Легкоступа — егеря-охотника, бывшего запорожского казака. Он укрепил подвижные пески красноталом, посадив десятки тысяч кустов этого неприхотливого и цепкого растения, а через два года рядом высадил саженцы сосны. Сначала все считали Данилевского ненормальным: вместо того, чтобы сеять пшеницу и рожь, он нёс убытки и зачем-то сеял семена сосновых шишек. Помещик ревностно защищал молодые насаждения, иногда самостоятельно с ружьём объезжая свои владения — не приведи Бог кому-нибудь случайно зайти или заехать на сосновое поле! Но вскоре обществу пришлось поменять своё мнение: уже через 15 лет песчаная равнина в 1 000 десятин превратилась в прекрасный молодой сосновый лес, за что Данилевскому И. Я. в 1819 году был пожалован орден Владимира. На такое чудо, исполненное Антипом Легкоступом и крепостными работниками, съезжались посмотреть многие высокие чины: губернатор, архиерей, профессора соседнего университета и «сам граф Аракчеев».

Но в итоге Иван Яковлевич прокутил львиную долю своих владений, в том числе и посаженный им для дичи лес, который вскорости почти весь вылетел «в далеко видную красную трубу» сахарного завода, построенного новым владельцем.По технологии И. Я. Данилевского в результате проведения обязательных работ слободскими поселениями с 1821 по 1855 годы на землях Харьковской губернии было посажено 4 353 десятины хвойного и лиственного леса.

Неля Фотина, краевед, член НСКУ